Прочитал историю называется
НАГЛАЯ ЛОЖЬ ВО СЛАВУ ЧЕГЕТСКИХ "сПАСАТЕЛЕЙ"!
http://www.risk.ru/users/mik-nik/6034/
(второй комментарий)
Если кратко, погиб горнолыжник на Чегете, точнее сначало пропал.
спасатели его искали долго, нашли "вне трассы" погибшего от переохлаждения.
Версии друзей звучат иначе: никого и не думали искать, погибший был найден силами друзей и т.д.
Кто что думает? Как в таких ситуациях поступать?
Изменено: Bell, 26 января 2009, 10:03
История первая:
NEWS.RU.com СООБЩАЕТ:
В Приэльбрусье в понедельник при спуске с горы Чегет погиб 32-летний горнолыжник из Москвы АДмитрий Жихарский. По предварительной версии, причиной гибели лыжника стал удар о скалу или о дерево, сообщает РИА "Новости" со ссылкой на руководителя пресс-службы главного управления МЧС РФ по Кабардино-Балкарии Кантемира Давыдова.
По его словам, горнолыжник при спуске с горы Чегет проехал вне зоны, предназначенной для катания, и столкнулся с деревом, получив травмы, несовместимые с жизнью.
Спасатели получили информацию о пропаже лыжника накануне около 16:30 по московскому времени - на пульт поступил телефонный звонок от товарищей лыжника. На протяжении двух часов горнолыжники пытались дозвониться своему товарищу, однако телефонная трубка говорила, что телефон находится вне зоны доступа. Выдвинувшиеся на место спасатели обнаружили тело спортсмена около 17:00.
Как это было на самом деле...
Странное чувство возникает, когда читаешь в новостях про событие, свидетелем которого ты сам был непосредственно. Ни одного слова правды. Ну ни единого просто! И даже фотографии, приведённые в нём, никакого отношения к событию не имеют. Почему, зачем, что за нужда врать на каждом слове?
Видимо нужна кому-то НАГЛАЯ ЛОЖЬ ВО СЛАВУ ЧЕГЕТСКИХ СПАСАТЕЛЕЙ!
Точнее правды там один абзац - первый. Даже имя и фамилию переврали.
- катался он по трассе, причём в самом людном месте, просто вылетел с неё в момент падения и лежал менее чем в 10 метрах от воображаемой границы трассы. Воображаемой, потому что ни трасс, ни их границ, ни сеток на Чегете не существует. Можно это назвать внетрассовым катанием?
- сообщение о пропаже человека поступило в 15.00
- спасатели никуда не выдвигались, никаких спасработ не организовывали, и никого не находили, нашли его свои же товарищи в 18.30. Спасатели спустили его вниз в 19.30, отдав смерти ещё один час.
- получил травмы не совместимые с жизнью? Хоть бы это было правдой, было б легче на душе. Но судмедэксперт написал в заключении, что ни одного перелома, ни одной серьёзной травмы нет, умер Дима от переохлаждения, то есть УБИТ БЕЗДЕЙСТВИЕМ СПАСАТЕЛЕЙ. Тут я ничего не утверждаю, очень хочется ошибиться, так что все вопросы к судмедэксперту.
Моими глазами.
Ну как же не хотел, как не хотел я ехать в эту поездку!
Я подготовил народу поездку в Словакию, достаточно бюджетную и достаточно цивильную. И когда осталось сказать последнее да, народ восстал. Кому-то автобус показался невыносимым транспортом, у кому-то Татры не показались горами. Какие же это горы, шумел Димка, поехали лучше на Эльбрус. Последнюю попытку отказаться от поездки я предпринял накануне отъезда – оказалось, что и горы основной, на которой мы кататься собирались – Эльбруса, в этом сезоне не существует, точнее трассы на ней не существует. Оборзевшие терскольцы продавали нам по сумасшедшим ценам чистый горный воздух, воздух, только-то и всего! Но и тут народ не дрогнул – едем, раз уж собрались, воздух, так воздух. На Чегете покатаемся.
Действительность только добавила дёгтя в мои настроения. Не притязательный, обычно, к условиям быта, я был вне себя, видя, куда и за какие деньги нас поселили. За подъёмники драли по 1000руб. в сутки, даже за пару подъёмов. Одноразовых билетов не было в принципе.
Устраивало всё только Димку. Он единственный из нас умудрялся выкатать дневной абонемент вне зависимости от погоды и самочувствия, причём отнюдь не всё время он посвящал себе любимому. Дима из тех людей, кто любым своим увлечением, умением, страстью всегда готов поделиться со всеми окружающими. Он выкатывал чайников, подсказывал технику катания всем прочим, охотно спускался с детьми. Ему одному только я доверял подняться с ребёнком – Васькой моим, на вторую Чегетскую очередь на однокресельном подъёмнике, даже сам я этого не делал. Когда Васька уставал кататься и отказывался делать это со мной, он всегда был готов подняться с Димой. Впрочем, во многом ради другого ребёнка – Агаты, его любви, он и выбрался в этот раз в горы. Только Агату ему в последний момент не дали.
Он взял с собой 4 пары лыж, точнее 4 вида спортивных снарядов, но и этого ему казалось мало – взял ещё сноуборд у меня, и старался обкатывать их все по кругу. В этот день он летал на скволе. Конечно, снаряд этот явно не для Чегета, уж больно скоростной, так, по крайней мере, Кирилл Анисимов сказал, очень авторитетный Терскольский фрирайдер. Ну да ведь другой горы никто нам не предлагал.
История вторая:
Я, Жихарский Леонид Васильевич, готов подписаться здесь под любым словом, в любом суде и предоставить достаточное количество свидетелей. Имена, фамилии, адреса всех моих товарищей, упомянутых и неупомянутых здесь, готов (они готовы) предоставить в прокуратуру или в любой другой компетентный орган.
Единственно, время каждого действия не может быть точным, я не смотрел поминутно на часы. Но первая и последняя временные точки верны, потому что именно их я отмечал.
- 14.00 – Дима должен был встретиться на склоне с Машей, чтобы отдать ей абонемент, об этом времени они договорились заранее и Машкина пунктуальность была обусловлена тем, что дома её ждала годовалая Катюшка и разбазаривать время своей увольнительной ей нельзя было никак. Она вызвала его по рации и получила ответ – буду через три минуты, жди под выкатом на поляну. Это были последние его слова.
- 14.40 – Машка поехала на верх первой очереди, чтобы обратиться к спасателям с утверждением, что пропал человек.
- 16.30 – спасатели зарегистрировали обращение к ним… из Москвы.
- 18.30 – в рации прозвучал Ванин крик – я нашёл его, нашёл. Я сидел в этот момент на подъёмнике – спасатели наконец-то решили продемонстрировать своё участие и подняться наверх. Меня и Колю взяли с собой. Я глянул на часы и завыл – почти 5 часов Димка провёл на снегу, шансов увидеть его живым практически не оставалось.
- 19.30 – наконец-то спасатели спустили Диму вниз. Врач, даже не наклонившись, с чужих слов зафиксировал смерть.
Боже мой, боже, хоть я в тебя не верю! Димка, если ты меня слышишь! Отпусти мне грех глупости, трусости, наивности! Я бы сам наказал себя, я бы умер, но не могу, у меня ещё трое таких как ты, а двое из них и вовсе малышня, нельзя их оставить. Прости меня, сынуля, прости! Я слишком мало сделал для твоего спасения.
Теперь я знаю, всё не так, всё не так. Я должен был сам организовать спасработы, я должен был разбить людей, которые реально у меня были, по направлениям, по квадратам. Пустить их по границе трасс с лесом, чтоб осматривали каждый кустик, каждый уходящий в лес след. А я… я понадеялся на профессионалов, на СПАСАТЕЛЕЙ. Мне всё казалось, что вот-вот, вот сейчас, они нас построят, разобьют, пошлют озадачат и мы, утопая по пояс в снегу, будем как солдаты выполнять их команды, подчиняясь их опыту, их плану поисков.
Скажу честно, я не помни ни имён их, ни фамилий. В ходе поисков роль их была столь незначительна и невзрачна, что имена запоминать ни смысла, ни желания не было. Кому надо, с лёгкостью узнает, кто там попивает водочку в спасательской будке. Назову их в дальнейшем Спас_1, Спас_2 и Спас_начальник.
Итак…
В половине второго я отдал Димке свой абонемент, сел в машину и поехал домой, менять Машку на дежурстве с Катюшей – нашей годовалой дочкой. Абонемент Дима должен был Машке передать в 14.00. Минут в 10 третьего мне звонит возмущённая Машка и говорит, что Димка до сих пор не появился, хотя обещал по рации через три минуты съехать вниз. Машка даже в очередь на подъёмник встала, чтобы времени даром не терять. Ну, что тут скажешь, Димка он и есть Димка, никогда вовремя не появится, подожди ещё немного. Ещё через десять минут она опять позвонила, и сказала, что терпение её лопнуло и она едет домой. Даже ребята, которые за ним ехали, уже спустились, а его всё нет.
И тут меня пронзило - чёрт подери, он опять поломался! Десять лет назад я уже увозил его отсюда загипсованного и вот опять, всё насмарку, всё коту под хвост, я даже разозлился на него. Не мог Димка, который катается на голову лучше всех нас, отстать от новичков, с которыми начал спуск. Тем более он знал, что у него назначена встреча. Нет, нет, Маша, не домой, а наоборот – беги к спасателям, говори, что где-то на склоне лежит Димка и его надо срочно найти.
Сам я, передав друзьям Катюшу, поймал машину и поехал опять к Чегету. Подходя к подъёмнику, я был уверен, зная Машкин напор и умение настоять на своём, что увижу во всю развёрнутые спасработы, штаб какой-нибудь, бурную деятельность, но… всё было спокойно и обыденно, народ мирно стоял в очереди на подъёмник, бугельщики вообще не знали, что кто-то пропал, кого-то ищут.
А где у вас вообще спасатели сидят, где гнездо у них? Да наверху, к канатчикам в каморку загляни.
Чёрт, должно быть я опоздал, должно быть они там, на верху разворачиваются, а я тут, как дурак, внизу стою. Забежал в прокат, взял ботинки лыжи и на подъёмник. В очередь, говорит канатчик. Мужик, да у меня там сын на склоне поломанный, мне срочно! В очередь, говорит канатчик, ты ведь не спасатель! (Вы чувствуете? Чувствуете??? Чтобы спасать, я должен быть профи, я должен быть спасателем! Ну что ж, это только радует, значит они там уже в поте лица…)
Поднялся наверх – нет никого, такая же тишина и безмятежность. И как на грех нет связи с Машкой. Рации у неё нет, а по телефону вызвать не могу – очки дома забыл. Ну, значит они двигаются вниз. Спущусь – найду. И я пошёл вниз. Пошёл чуть южнее центра, там где несколько раз видел раньше катающегося Димку. Шёл кромкой леса, чуть не заблудился, снег глубокий. Даже испугался. Не того, конечно, что сам пропаду, а что потеряю трассу, закопаюсь в снегу, и слишком долго буду выбираться, не смогу участвовать в организованных спасателями работах. Чем дальше - тем хуже. На трассу вернуться уже не могу, я ниже и южнее, иду кромкой леса. Уфффф, наконец-то, выскочил опять на трассу, на начало выката на Чегетскую поляну. Остановился на краю, пытаюсь вглядываться в лес. Уже начинает темнеть потихоньку, да снег, как на грех, валит и валит.
Много позже я узнал, что в этот самый момент стоял я в 15 метрах от Димки и смотрел в ту сторону, где он лежал. И НЕ УВИДЕЛ!!! Не верю я в тебя, боже, НЕ ВЕРЮ!
Наконец-то Машка дорвалась до рации. Есть связь! Ну что там, как, где спасатели, что делают, куда мне бежать? Да никуда, говорит, Машка. Спасатели один раз прокатились со мной по Югам и вернулись к себе. Больше искать не хотят. Чёрт, блин, да быть такого не может! Я чего-то в этом мире не понимаю! Еду опять на подъёмник, ругаюсь с бугельщиком, лезу без очереди, мне к спасателям, к спасателям, срочно! Ещё несколько минут и меня уже не пустили бы в кресло – канатка закрывается. А тем временем вечереет и вечереет, снег валит и видимость всё хуже.
Вламываюсь в каморку канатчика, где спасатели гнездятся. За столиком за бутылкой водочки мирно беседуют три мужичка. Самый пьяненький оказался канатчиком, а те, которые трезвые с виду - Спас_1 и Спас_2. Ребята, почему вы не ищите его?!
- Да не суетись, мужик, найдётся! Надо подождать.
- ПОДОЖДАТЬ??? Чего подождать? Пока стемнеет окончательно? Пока замёрзнет, умрёт на снегу??? Ребята, опомнитесь, что вы делаете?! Вам сейчас лениво жопы оторвать, но ведь потом несколько дней придётся с пешнями тело искать, потом будет ещё тяжелее! Ищите, ребята, найдите, я 5, нет 10 тысяч баксов дам любому из вас, кто найдёт его сегодня, живого или мёртвого!
- Да брось, мужик, какие деньги, какое тело, сам найдётся, сколько ему лет?
- 32
- ну так сам выкрутится. Ну ладно, чёрт с тобой, пошли спустимся. Куда пойдём?
- ну давайте по центру, он там катался днём сегодня.
Блин, крестьяне не любят торопиться. Вроде бы вместе выехали, вроде бы договорились встретиться в точке, где его видели последний раз, а спасателей наших нет, как нет.
Ну, наконец-то! Разошлись веером, спускаемся центром, по самым крутякам. Я сразу потерял их из виду, видимость никакая. Страх скручивает живот, почти темно уже, с трудом справляюсь с чужими лыжами, копаюсь в снегу, стараюсь хоть как-то сунуться, заглянуть в кромку леса и чувствую безысходность, бессмысленность этого спуска. Ну не так, как-то не так должны вестись поиски, но как - не знаю.
Шанс найти его – только случай, влететь буквально в него на склоне, иначе чёрта лысого я здесь увижу. Стараюсь не торопиться, осматривать хоть как-то все участки леса. На открытом месте его давно уже заметили бы. Но ведь не так, бессистемно это всё, кто видел Чегет - поймёт, что может найти одинокий лыжник, спустившись в режиме чуть подробнее просто катания, да в темноте, да в бешенном снегопаде?!
Подкатив к подъёмнику, вижу спасателей. Профи пролетели свои участки гораздо шустрее меня, привычно окидывая знакомые склоны орлиным взором.
Что, что дальше будем делать, ребята? Смотрю на них всё ещё, как на языческих божков. И они меня, как языческие божки, дурят. А я рад стараться, ведь ни на что другое надежды уже нет.
Тем временем, наши ребята снизу организовывают пешие поиски. Сказать честно, в эту затею я вообще не верю. Ну как высоко можно подняться на Чегет снизу, да ещё ночью, да ещё в свежем глубоком снегу?! Ну да ладно, это от безысходности. Прошу их только, чтоб друг друга не растеряли.
Несколько ребят отчаянно названивают по всем имеющимся телефонам – В Москву, в Нальчик, в ФСБ, В МЧС. Есть ещё одна фишка, которую мне впаривают – а мне сейчас всё что угодно можно впарить. Я даже с господом богом и дьяволом готов сделку заключить, только найдите, только верните, поломанного, любого!
У него есть телефон? – есть! Отвечает на звонки? – нет, не отвечает, конечно, но гудки идут. Это хорошо, значит можно запеленговать. Ну так пеленгуйте! Не можем, у нас аппаратуры нет. А где есть, в МЧС, я их сейчас достану?! Да нет… да если б и была, надо в ФСБ разрешение получать, а это дня два…
БЛИН!!! Я уже ничего не понимаю, где правда, где ложь, где техническая возможность, а где миф!
А если ложь, то зачем она им, зачем эти многозначительные разговоры, когда действовать, действовать надо???
Поручаю ребятам дозвониться до Москвы, до чёрта, у нас столько друзей, столько знакомых, везде найдутся, пусть Шойгу отдаст приказ этим козлам!!!
А сам опять к божкам. Что делать, ребята, когда будем спасработы организовывать? Ну… ладно, собирай своих ребят, побольше, сейчас будем искать ПО-НАСТОЯЩЕМУ. Вау!!! Наконец-то!
Бросаю клич – всем, всем нашим, кто уверенно чувствует себя на лыжах, срочно к подъёмнику, сейчас начнём НАСТОЯЩИЕ поиски. Пулей бегу к такси – домой, за своими лыжами и, не отпуская машины, обратно – страшно ведь на чужих, непривычных лыжах, пусть даже и хороших, в ночи рассекать. Народ экстренно собирает налобные фонарики, закупает в гостинице свежие батарейки, и стекается, стекается к подъёмнику.
У подъёмника появляется новый персонаж - Спас_начальник. Откуда нам такая радость? Мне ведь говорили, что никаких других спасателей на Чегете НЕТ! Оказывается он всё время тут вот, внизу, рядышком находился. Но не счёл возможным до нас, смертных, снизойти, пока из Москвы не позвонили в МЧС Нальчика, а оттуда ему, богоравному. Спас_начальник обстоятельно начинает крутить мочало сначала. Расспрашивает лично тех, кто последний раз Диму видел, посылает ещё раз, ДВАЖДЫ, как он категорически требует, обойти все рестораны и проверить, не лежит ли где Дима под лавкой. Не торопится, да и куда торопиться, уже совершенно темно, подъёмник давно выключен, клиент, должно быть, давно мёртв.
Вас никогда не разводили подставлялы на дороге или лохотронщики у метро? Ощущение очень похожее. Уже всё, всё потеряно, а ты в самогипнозе каком-то, всё ещё веришь, что сейчас всё образуется, что не могут люди быть столь жестокими и наживаться так на чужой беде, что деньги вернут, что все посмеются шутке, и… и что ребёнок твой всё ещё жив и вот-вот будет найден, госпитализирован, поставлен на ноги.
Не могу верить, но верю всё-таки этому человеку, этому начальнику над пустотой, именуемой спасателями. Ну да, надеяться мне не на что, по большому счёту, но хоть тело, тело найдите, верните мне тело, я буду руками копать Чегетский склон, постройте меня, дайте мне мою часть работы!
Спас_начальник отменяет распоряжение собрать мне моих ребят. Никого на склон не выпущу и на подъёмник не посажу. А то ищи вас потом, чайников по всему Чегету. Хотя среди нас есть инструктора и ребята катающиеся так, что могли бы этих самых спасателей обучать. Ну да ладно, понятно, там где работают профи, дилетантам делать нечего. На верх берут, помимо нескольких местных меня и Колю – отличного лыжника (человек 6 местных. Если это спасатели, то где они были раньше, а если нет, то чем они лучше нас?).
Ну, поехали?!
Как бы не так, сидим, ждём чего-то! Спас_начальник свой словарный запас исчерпал, видимо, молчит. Ничего не происходит. Чего, чего ждём, поехали?! Молчание, междометия какие-то невнятные… сейчас вот… канатку включат. Они её что, из Нальчика включают, полчаса уже ничего не происходит!
Наконец тронулись. Как поднялись над лесом, снег не хлопьями, а непрерывными струями течёт в луче фонарика. Вытягиваю перед собой палку и не вижу её конца. Что мы там наверху будем делать, какой у них план поиска, непонятно!
И вдруг на подходе уже к верхней станции канатки слышу в рацию – я нашёл его, нашёл! Он здесь, рядом почти с поляной, у верхней границы выката лежит! Нашел его Ваня – один из ребят искавших снизу пешком.
Спасатели остались на верху, а я спускаюсь вниз на креселке один, и вою, вою волком - он ведь мёртв, мёртв, 5 часов на снегу пролежал! Канатку вдруг остановили, забыли про меня, ну да и чёрт с вами, плевать на всё.
В прошлом году Димка был здесь на Новый Год и участвовал в факельном шествии. Красиво и весело группа с оранжевыми факелами спускалась с этого самого Чегетского выката. А сейчас многочисленная группа с синими налобными фанариками везёт его вниз и холодно, и загробно всё это, так что сил нет вынести…
Я так и не смог к нему подняться, стоял в оцепенении и ждал, что вот скорая, вот врач, он найдёт сейчас признаки жизни, мы будем долго - долго его лечить, выхаживать и… и ничего уже никогда не будет.
Еще 2 варианта:
Наташа Пак.
Около половины шестого Маше Стекольщиковой позвонила Тулякова Лена и сказала о пропаже Димки, а также, что народ собирается на Чегетской поляне с лыжами на поиски. Прошибает ледяной пот-пропал около 15, сейчас шестой час, на улице темно, а снег валит целый день. Быстро собираемся, приезжаем на Чегет. Боимся не успеть, жаль не узнали раньше. Прибегаем на канатку, успели.
Удивляет неторопливость местных спасателей, чего ждем-непонятно, но канатка стоит, спасатели мирно беседуют. Странно, по моим представлениям, счет идет на минуты. Пытаюсь договориться, чтобы взяли наверх, говорю, что на лыжах около 25 лет катаюсь, инструктор, не отстану, не потеряюсь. Ухмыляется, не верит, не берет. Продолжаем чего-то ждать.
На вопрос: "Сколько еще ждать и чего?", получаем совет обратиться в милицию, там ждут трое суток!!! Странно, ведь это СПАСАТЕЛИ! Наконец, около 18.20 канатку включают.
С оставшимися внизу ребятами решаем начать поиски снизу. Понятно, что Димка где-то в лесу. На трассе его бы давно уже нашли. А то, что он обещал Маше быть через 3 минуты внизу, говорит о том, что вряд ли он уехал куда-то далеко. Идем вверх по южному выкату Рома, Маша, Наташа и я. Снег валит, значит следов уже не будет. Господи, здесь нужен полк солдат, чтобы прочесать весь лес, и ведь лучше это делать сверху на лыжах!
Вдруг звонит Коля Л., говорит, что они наверху и по рации слышали, что Димку нашли на другом выкате, просит подтвердить пока они не начали спуск. Кричу ребятам, разворачиваемся, бежим. Поднимаемся наверх. Рома быстрее, я чуть позже, остальные остаются внизу. Рома прошел к Димке, меня не пускает человек, назвавшийся спасателем. Делаю несколько попыток, он задерживает меня, не пускает. Спрашиваю:"Жив?" Получаю утвердительный ответ. Звоню Коле и Маше. Долго объясняюсь со спасателем сверху, объясняя где мы находимся. Кричу Роме, спрашиваю накрыт ли Димка, как он? Рома отвечает, что Дима теплый, но пульса не могут найти. Нахожу пуховку, пытаюсь отнести ее вниз, всего ведь несколько метров, опять не пускает, швыряет пуховку вниз. Кричу Роме, чтобы подобрал пуховку и укрыл Димку. Странно, что этого еще не сделали.
Подъезжают спасатели сверху. Один как-то начинает суетится, спрашивает нет ли камеры заснять, зовет в свидетели, на вопросы отвечает: "Вам, что трудно спуститься?". Не хочу быть свидетелем, я не врач. Не нравится его суетливость, явно хочет прикрыться. Мне кажется, должна быть какая-то попытка реанимации, инъекции и пр. Не может быть все так просто, нельзя же даже не пытаться что-то сделать. Спускают. Удивляет скорая помощь, у которой тоже нет никаких средств к спасению. Врач не утруждает себя осмотром. Бред какой-то! Видимо эти люди (спасатели, врач) забыли о том, что они тут должны делать, потеряли всякое представление о ценности человеческой жизни!
Наутро мы с Машей Стекольщиковой пошли по спасательным службам, пытаясь выяснить алгоритм их работы и зону действия, т.к. от начала до конца считаю действия спасателей неадекватными. Вот, что удалось выяснить. Чегетская служба, сама по себе. Начальник - Байзулаев Алико ( имя записано со слуха, может быть ошибка). Если она не справляется, подключается Терскольская, но из частной беседы мы поняли, что они не любят друг друга беспокоить. Начальник Терскольской службы - Тилов Борис Османович (86638) 7-14-89. Алгоритма поиска нет. Отвечают только за трассы. На вопрос, а где, собственно граница трассы, нам ответили, что везде стоят знаки! (Ложь!) На дальнейшие распросы попросили не мешать работать! Далее побрели в Чегетскую службу. Я не заходила, т.к. вчера с ними общалась, а мы говорили, что приехали с детьми и хотим себя обезопасить, пытаясь выяснить, что да как. Маша зашла к спасателям в 12.10, они были уже пьяны!!! На вопрос, где же трасса, получили рекомендацию зрительно придерживаться канатки! Дали телефоны Алико 7-928-950-39-42, Инал 7-928-955-41-32, Толик 7-928-968-71-97, Ильм 7-928-704-44-86.
Обрисовавшаяся картина давала ясно понять, что на этих людей надеяться нельзя. Но кто же знал! У них такое громкое звание - СПАСАТЕЛИ!
Очень хочется привести их в чувство. Может это кому-то спасет жизнь!
Оля Сысоева.
Приблизительно хронология этого всего выглядит так:
14:30 - 15:00 - Маша обратилась к спасателям на канатке. Кто еще был на Чегете в это время? Лера, еще кто?
15:00 - спасатели съехали с Машей по югам.
16:00 -спасатели съехали еще раз с Лёней по центру после этого спасатели сказали ждать 3 часа (якобы, возможно, свалился в реку, будет долго выбираться)
где-то между 16:40 и 17:00 я звонила в ПСО Терскола 7-14-89, из фойе гостиницы ЦАО Терскол, с их телефона на ресепшене.
Там ответили, что на Чегете они работают только со спасателями с чегетской канатки, куда и надо обращаться. Звонков от других они не принимают. Когда чегетские спасатели решат, что бессильны, тогда позвонят туда и они выедут.
где-то часов в 17:00 я подошла к Чегетским спасателям, они сказали, что уже вызвали МЧС. Там был Коля Ермолаев с лыжами. Где-то, думаю, к 17:30 собрались остальные.
по моим прикидкам примерно до 18:30 спасатели просто стояли, разговаривали. креселку не запускали. Там были Лёня, Маша, Коля Ермолаев, Коля Лазарев, Рома, Аня, Юля, я.
примерно в 19:00 Женя передал что они нашли Диму. Туда пошли Рома, Коля, Наташа. Минут через 3-5 спасатель(?) снизу ушёл пешком наверх с носилками.
Примерно в 19:30 Диму спустили. Я не видела, чтобы врач скорой его осмотрел, хотя была рядом. Диагноз (перелом основания черепа) вероятно он ставил со слов спасателя.
Лера Репкова.
Я подошла к подъемнику чуть раньше 14 часов, в очереди встретила Машу и Аню. Маша ждала Диму, который должен был привезти ей абонемент с минуты на минуту. Я поехала наверх одна. Два раза скатилась с верха до начала 2-ой очереди, после чего верхнюю канатку закрыли, и я поехала вниз. В начале спуска увидела Машу, поднимающуюся на 2-х креселке. Мне показалось странным, что она так долго была внизу. Вскоре после этого Вадик сообщил мне в рацию, что Диму потеряли. Поднимаясь на однокресельном подъемнике 1-й очереди я спросила, что слышно про Диму. Вадик мне ответил, что уже сообщили спасателям, и ведутся активные поиски.
На всякий случай я решила продублировать обращение, и сообщила канатчику наверху 1-й очереди, что пропал человек. «Как это пропал?» - ответил он с усмешкой и порекомендовал обратиться к спасателям, всем своим видом показывая, что эта информация его не касается (и несмотря на то, что прошло уже достаточно времени с момента обращения к спасателям, этот канатчик был не в курсе…). Спасателей найти мне так и не удалось, и я почувствовала свою беспомощность оттого, что было не понятно, что делать. Я поехала вниз чуть южнее центрального выката, и как потом выяснилось, проехала метрах в 10 от Димы… но его не увидела… Трасса выше места предположительного вылета Димы в лес очень узкая и крутая, на ней очень быстро набираешь скорость.
После закрытия подъемника я вернулась домой кормить Леона. Вечером, уже темнело, к нам домой зашла Ната, и Вадик дал ей 2 налобных фонарика для группы добровольцев, которые шли на гору. Потом 3 фонарика были переданы спасателям за неимением у них оных, а 3 наших добровольца остались внизу.
На следующее утро мы посетили место, где нашли Диму, и сделали несколько фотографий. Место находится чуть выше опоры линии электропередач над местом пересечения однокресельной канаткой центрального выката.
Через пару дней кто-то из катающихся мне рассказал, что скоро будет комиссия по разбору 2-х случаев (Диминого и лавины), однако чегетские спасатели опровергли этот факт, заявив, что никогда по смертельным случаям ни у них, и в МЧС не проводятся комиссии. Таким образом, свидетели происшествий не имеют возможности дать свои показания, а в новостные ленты попадают искаженные факты.
Изменено: Azzy, 26 января 2009, 10:20
Изменено: vertigo, 26 января 2009, 10:53
Изменено: Bell, 26 января 2009, 11:42
